Кшиштоф Занусси: Я хочу дружить именно с той Россией, которую я увидел в Сибири

Человеку в очках вредно смотреть телевизор и читать плохие книги тоже, ведь в мире создано столько литературных шедевров, что всей жизни на них не хватит!

– Пан Кшиштоф, сразу ли вы согласились приехать в Иркутск?

– Я уже второй раз в вашем городе. Моя первая полнометражная картина, которая открывает фестиваль «Структура кристалла», – в советском прокате она почему-то называлась «Размышление» – собственно и привела меня в Сибирь 19 лет назад. Это была судьбоносная встреча с Россией, с которой я захотел дружить, и до сих пор дружу. Поэтому я прилетел в Иркутск снова, несмотря на то, что всю ночь сидеть в самолете тяжело, ведь мне уже 72 года. Но я продолжаю путешествовать, в этом году уже дважды побывал в США и один раз на Шри-Ланке, не считая европейские поездки.

– У вас не польская фамилия, откуда родом ваши предки?

– Они приехали из Италии. Иногда журналисты спрашивают, не имею ли я отношение к производителям холодильников и стиральных машин? Отвечаю сразу – да, имею, это мои родственники. Мы очень дружны, даже несмотря на их представления о том, что цивилизованный мир заканчивается по ту сторону Альп, а дальше уже варвары. Я заметил, что у нас многие точно также смотрят за Урал: у людей всегда есть какие-то ограничения. Вот я, например, тоже удивляюсь, как можно всю жизнь заниматься холодильниками.

– Вы ведь очень разносторонний человек, в сфере ваших интересов и физика, и философия, и кино…

– По своему первому образованию, которым до сих пор горжусь, я физик. Потом изучал философию, не марксистскую, а нормальную, в советское время в Польше это было возможно. Сейчас я профессор университета. И, конечно, много занимаюсь кино и театром. Вообще, чем старше становлюсь, тем яснее осознаю, что нужно двигаться быстрее, по максимуму делать все, что интересно и полезно. Иногда представители Министерства иностранных дел посылают меня решать дипломатические вопросы. Я много лет после падения коммунизма был членом наблюдательного совета Агентства иностранных инвестиций – для меня это чистая экзотика. Но людей не хватало, а я имел большой опыт международного общения, знаю многие языки, поэтому пришлось объяснять иностранным инвесторам, с чем они могут столкнуться, вкладывая деньги в польскую экономику. Кроме того, я уже много лет являюсь членом папской комиссии по культуре в Ватикане, что тоже для меня занятие экзотическое.

– В фестивальную программу вошли не самые известные ваши фильмы. С чем это связано?

– Далеко не все можно вместить в рамки одного фестиваля. У меня около 40 полнометражных лент – это довольно много. В советское время мои картины в основном «крутились» по киноклубам и вряд ли хорошо известны зрителю. Есть фильмы, которые только ждут своей очереди. Надеюсь, что вскоре в программе Александра Гордона «Закрытый показ» вы увидите мою работу «Против постмодернистов». Передача уже записана, но для дубляжа фильма на русский язык нужен мой главный герой – украинский актер Богдан Ступко, который, к сожалению, сильно заболел. Лента снята в жанре черной комедии: меня очень раздражает постмодернизм, я считаю, что это полный бред, и с радостью об этом снял фильм. Мне нужен был актер, способный создать образ настоящего олигарха. Но Польша – бедная страна, у нас практически нет олигархов. Из-за этого пришлось брать актера с сильным восточным акцентом, иначе зрители бы не поверили, что перед ними олигарх. Картина уже получила приз римского фестиваля и активно крутится по миру, а в Россию придет с некоторым опозданием.

Есть в российском прокате еще одна из малоизвестных вашему зрителю лент – «Черное солнце». Так что, я надеюсь, вы меня не в последний раз приглашаете, когда мне исполнится 80, я приеду в Иркутск снова.

– А не было ли у вас желания снять фильм на Байкале?

– Я снимаю картины в основном о людях и проблемах, а не о красивых местах. Но если бы была возможность, я бы воспользовался Байкалом как фоном, потому как помню, что когда я приезжал в прошлый раз зимой, то впечатление, которое произвело на меня это озеро, было огромным. И я очень рад, что смогу снова увидеть Байкал.

– С чем у вас ассоциируется Иркутск?

– Я плохо знаю ваш город, и как путешественник вижу все поверхностно, но для меня это, прежде всего, место памяти сосланных.

– В одном из интервью, вы сказали, что вам, как человеку в очках, вредно смотреть телевизор.

– И читать плохие книги тоже, ведь в мире создано столько литературных шедевров, что всей жизни на них не хватит! По телевизору тоже не стоит смотреть сериалы, пытающиеся залатать пустоту в душе. Жизнь такая короткая, и в ней столько вещей, которые стоят того, чтобы увидеть их собственными глазами.

– Кого из своих коллег кинорежиссеров вы уважаете и любите смотреть?

– Это долгий список и, к сожалению, многих моих коллег уже нет в живых. А если брать современный кинематограф, то я недавно видел потрясающую русскую картину «Жила-была одна баба» Андрея Смирнова, она, бесспорно, войдет в историю кинематографа. Кроме того, мне интересны новые картины молодого Алексея Германа, я даже надеюсь помочь производству его новой картины. Есть интересные молодые режиссеры и в Польше, с которыми мы говорим о современных вещах на одном языке. Появилось также огромное количество талантливых женщин в режиссуре, например моя бывшая ассистентка Агнежка Холанд – сегодня это великолепный режиссер мирового масштаба.

Кстати, шесть лет тому назад нам удалось в Польше с дикой борьбой принять закон о кино. Какие деньги были против нас! Но киношники рискнули и выиграли путем угрозы публикации в СМИ списка депутатов, которые собираются голосовать против польского кино. И сейчас 1,5% от всей телевизионной рекламы и проданных в кинотеатрах билетов идет в Национальный фонд кинематографии. Это дает нам деньги на амбициозные проекты.

– Как вы относитесь к формату 3D?

– Конечно, я могу ошибаться, ведь у меня проблемы с очками, но в Америке это уже провал. Ведь мы не видим трехмерно, такое зрение работает на расстоянии 1,5–2 метра, а потом все плоско. В Польше сделали первый театральный спектакль в этом формате, и он пользуется огромным успехом, правда, второй раз никто на него не идет, и многие сомневаются, принимали ли там участие живые люди, потому что все выглядит, как голограмма. Я думаю, искусство никогда не защитится техникой, оно защищается содержанием и чувствами, которые вызывает в сердцах зрителей.

– Считаете ли вы, что советские артисты были в творческом смысле намного сильнее, чем современные?

– Я так не думаю, сегодня в России много хороших артистов. Но дело в том, что если раньше рядовых людей играли великие артисты, например, Любовь Орлова какую-нибудь колхозницу, то сейчас даже исторических личностей играют рядовые актеры. Но это выбор, прежде всего, режиссеров.

– Есть такое понятие, как польское кино, в формирование которого вы сыграли большую роль. Чем же польское кино отличается от любого другого?

– Когда ты находишься внутри процесса, ты сам не до конца понимаешь, в чем его специфика, но интуитивно ее чувствуешь. Когда я провожу мастер-классы, я часто спрашиваю: где та или иная история могла произойти? И ответ определяется некий круг культур. Например, мы чувствуем огромную разницу между поляками и нашими соседями – чехами. Мы обожаем чешское кино, потому что для нас это другой мир! Кстати, «Структура кристалла» – это полемика с моим чешским другом, который сейчас работает в Голливуде, – Иваном Пассером. Он снял фильм «Интимное освещение», и «Структура» – просто вариация на его сюжет, попытка сказать то же самое, но по-польски. Любая культура вырабатывает свой типичный конфликт и своего героя.

СПРАВКА:


Кшиштоф Занусси – один из наиболее известных в мире режиссеров кино, телевидения и театра. С 1966 года им сняты многочисленные документальные и художественные фильмы для кино и ТВ. Он является автором или соавтором сценариев всех своих фильмов. Занусси – лауреат многих международных кинофестивалей. В 2000 году его фильм «Жизнь, как смертельная болезнь, передающаяся половым путем» был удостоен Гран-при Московского международного кинофестиваля.

Елена Орлова
Назад к публикациям
24 октября
 
В этот день родились:
1950 венгерский оператор Габор Сабо
1947 российский режиссёр и сценарист Борис Фрумин
1946 румынский оператор Дину Тэнасе
© Иркутскоблкинофонд 2019

Разработано: Icorporate